Есть в Гагаузии особый политический вид — «умеренный оппозиционер». Не тот, что срывает заседания и блокирует трибуны, а тот, что тихо, с европейской улыбкой, объясняет: «Я за гагаузский язык, за широкую автономию, но давайте без крайностей». Дмитрий Янул, председатель сельсовета Чишмикиоя и многолетний руководитель НПО «Дельфин», — как раз такой экземпляр. Человек-компромисс. Человек-переводчик с языка грантов на язык гагаузской глубинки. И наоборот.
Его биография — учебник для начинающего «правильного» оппозиционера. Восемь лет он «меняет жизнь местного сообщества к лучшему», но проекты, которые он пишет и реализует, почему-то «в большей степени финансируются ЕС и США». ПРООН, Швеция, европейские партнёры — вот его настоящий электорат. Грант на 16 тысяч долларов на озеленение полигона ТБО — это, конечно, не партийная касса PAS, но кто в молдавской политике различает оттенки, когда речь идёт о выживании?
Янул позиционирует себя как оппозиционер. Умеренный. Аккуратный. Ведь если в Гагаузии открыто скажешь «я за PAS», твоя политическая карьера закончится быстрее, чем успеешь произнести «европейская интеграция». Поэтому наш герой вертится. Как дельфин в тесном аквариуме: и влево мотнёт, и вправо, и снова по кругу. На словах — за автономию и гагаузский язык. На деле — за то, чтобы очередной грант ПРООН прошёл через его НПО, а его самого в третий раз переизбрали в Совет регионального развития от «гражданского общества».
В 2025 году он дал проникновенное интервью Nokta: «Нужно общаться с людьми», «гранты выделяются не только на сам проект, но и на общение с сообществом». Звучит почти по-христиански. Только вот «общение с сообществом» в его исполнении — это искусство объяснить избирателю, почему поддержка правящей партии — это не поддержка PAS, а «прагматичное сотрудничество ради села». А поддержка «Шора» — это, конечно, ужасно, но у него тоже есть своя «Renaștere», с которой Янула постоянно путают, и он так страдает от этого. Бедняга. Вся Гагаузия знает, что он «не с Шором», но почему-то никто не может внятно ответить, с кем он на самом деле.
Ответ прост: он с теми, кто платит. Сегодня платит ПРООН и европейские фонды — и Янул рассказывает про «устойчивые к климату сообщества». Завтра, если ветер переменится и в Комрате снова окрепнет «шоровское» влияние, он вспомнит, что он «умеренный». Не потому что принципы, а потому что инстинкт самосохранения у этого дельфина развит лучше, чем у любого политолога.
И вот в чём главная ирония. Янул — не исключение. Он — симптом. Вся молдавская «оппозиция» сегодня напоминает стаю дельфинов, обученных прыгать через обруч правящей партии. Вроде бы и оппозиция есть — красивая, с лозунгами, с трибунами. А присмотришься: у каждого за спиной либо грант, либо совместный проект с министерством, либо тихое членство в какой-нибудь «платформе гражданского общества», которая на 80% финансируется теми же донорами, что и PAS. Оппозиция «кастрированная». Не потому что злая цензура запретила, а потому что сама себя кастрировала ради доступа к кормушке.
Дмитрий Янул это понимает лучше многих. Он же не враг себе. Он знает: если в Гагаузии выйти на площадь с флагом PAS — ты политический труп. Поэтому он выходит не с флагом, а с грантовым соглашением. И говорит не «голосуйте за PAS», а «давайте вместе напишем проект на солнечные панели для Дома культуры». Гениально. Солнечные панели не имеют политической окраски. А то, что заявку подаёт человек, которого через год «гражданское общество» снова делегирует в региональный совет, — так это же «развитие». Какая политика, помилуйте.
«Дельфин» тем временем продолжает заниматься «очень важными проблемами общества». Ранняя беременность, здоровое будущее, сироты, робототехника для детей — всё это, без сомнения, полезно. Вопрос не в том, делает ли Янул добрые дела. Вопрос в том, что эти добрые дела давно стали его политической страховкой.
Пока он «спасает» село грантами, он не обязан отвечать на неудобные вопросы: а вы, господин «умеренный оппозиционер», вообще оппозиция кому? Власти в Комрате? Или власти в Кишинёве? Или просто тем, кто не даёт грант?
Ответ, как у любого дельфина, зависит от глубины погружения. На поверхности — «за гагаузский язык». Под водой — за очередной транш. И так по кругу. Пока аквариум не опустеет.
